Подсветка:
Мария Воробьи

Ваши романы и ваша работа в фармакологии существуют параллельно, никогда не пересекаясь, или иногда что-то просачивается и отражается друг в друге?

Это вопрос изначально разных подходов. Подход технический, подход логики — это подход разобобщения вещей, целого — на маленькие сущности, подход постижения. Работа писателя — это, наоборот, работа обобщения, когда мы из малого составляем что-то большое и целое. И то и другое — подходы познания. Применяя оба подхода, можно дойти до более глубоких выводов.

Вы называете себя «глухим поэтом» и говорите, что ваша проза — попытка прорваться к мелодии через ритм и сцепление слов. Если бы ваши романы стали музыкальными произведениями, что это были бы за мелодии?

Поскольку я поэт «глухой», я не могу сказать, что могла бы сама что-то создать, но для меня вся музыка движется где-то между Чайковским и Бахом. Между абсолютом (это Бах) и надеждой (это Чайковский). Мне кажется, это два столпа, которые в целом направляют мое творчество, и в плане музыки они бы для меня служили ориентиром.

А если все же для каждого романа подобрать?

Для «Верб Вавилона» есть одна мелодия, одна из самых старых написанных мелодий в мире, где-то 35 столетий назад. Она месопотамская, не вавилонская. Это гимн богини Луны Нингаль, хурритский гимн, более северный. К расшифровке есть вопросы, и многие исторические музыканты делают интерпретации — есть прекрасная версия Пермской консерватории. Наверное, эта музыка очень бы отражала роман.

А роман о Ренессансе — это лютня.

Если выбрать только одну деталь, которая для вас лучше всего передает Италию эпохи Возрождения, что это будет?

Темпера. Это манера живописи, достигшая пика мастерства в период Раннего Возрождения, который как раз является временем действия моего романа и точкой моего интереса. В дальнейшем она будет вытеснена масляной техникой. Темпера была пиком средневекового визуального искусства — и в итоге его же концом.

Как бы вы описали ваш роман «На червлёном поле» читателю, который о нем никогда не слышал?

Это магический реализм, составленный из средневековых сказок и ренессансных новелл, с главной темой «Что произошло, когда началось Возрождение». Почему люди перешли от средневекового коллективи­стского подхода, в определенном смысле бессмертного слияния с Богом, к индивидуали­стическому, антропо­центричному подходу людей Возрождения. Причем и то и другое длилось столетиями. Что случилось за этот достаточно короткий исторический период? Это главный вопрос. Почему началось Возрождение?

Если бы ваш читатель мог задать вам только один вопрос, что бы вам хотелось услышать?

Что пугает и восхищает вас больше всего?

И как бы вы на него ответили?

Время.