История российского
книгоиздания в 10 книгах:
Екатерина Панченко
1. Жоржи Амаду
«Каботажное плаванье»
Я пришла работать в свое первое издательство, «Вагриус»1Российское книжное издательство. Основано в 1992 году Олегом Васильевым, Владимиром Григорьевым и Глебом Успенским. Название издательства составлено из первых букв фамилий его основателей., в 1996 году — и сразу на позицию директора по международным правам. Это парадокс нового рынка — никого нет, и ты все делаешь впервые, имеешь право быть молодым. Постепенно я к этому привыкла, а первый мой Франкфурт2Франкфуртская книжная ярмарка — крупнейшая в мире выставка издательского дела, международный рынок прав и лицензий. Проводится ежегодно в середине октября в немецком городе Франкфурт-на-Майне., конечно, представлял собой фееричное шоу. Но я сразу попала в очень хорошие руки, к самому, наверное, главному и лучшему учителю в моей жизни — Глебу Успенскому3Бывший генеральный директор и сооснователь издательства «Вагриус»., он меня встретил, нанял и всему обучил.
Издательство тогда готовило к изданию «Каботажное плаванье» Жоржи Амаду. Это его автобиография, огромная по размеру, и редактор очень сильно ее сократил, чтобы вместить в один том. И, соответственно, по роду работы я состояла с Жоржи Амаду в переписке по факсу. По факсу! И вот этот первый факс, пришедший мне от Амаду, — я не могу описать эти чувства. Наверное, это то, что до сих пор 30 лет меня держит в этой сфере, — что ты соприкасаешься с такими необыкновенными людьми. Мы в итоге издали «Каботажное плаванье», Жоржи одобрил все наши бесчисленные сокращения. И меня особенно веселит начало, где он пишет, что, чтобы не обидеть свою супругу Зелью, всех своих любовниц он будет называть Мария. Кажется, не зря я восхищалась этим автором.
2. Пауло Коэльо
«Алхимик»
Первый раз я услышала о Пауло Коэльо в издательстве «Вагриус». Там вышла книга «Алхимик» — брошюркой, очень маленьким тиражом и с тремя ошибками. Лучшее издательство страны не справилось с написанием слова «философский» — там была и буква «в» вместо «ф», и что только не произошло в процессе со словом «философский». Но мы философски к этому отнеслись.
Когда я перешла работать из издательства «Вагриус» в литературное агентство, тогда называвшееся «Фонтанка», а сейчас «Синопсис»4Литературное агентство, основанное в 2003 году. Занимается продажей зарубежных прав на российский рынок., я своей товарке Наталье Саниной5Генеральный директор литературного агентства «Синопсис». сказала: «Давай напишем агенту “Алхимика”». И мы написали факс и уговорили ее воспользоваться нашими услугами для того, чтобы представлять интересы автора в России. Тут же на «Алхимика» состоялся аукцион, тогда очень-очень скромных масштабов. В нем участвовало издательство «Амфора»6Петербургское книжное издательство, основанное в 1998 году. Издали более 1000 наименований книг общим тиражом более 6 млн экземпляров, получили множество премий. В 2016 году приостановили свою деятельность., издательство «София»7Книжное издательство, существующее с 1991 года. Публикуют книги по направлениям духовного, психического и физического саморазвития. и кто-то еще. Мы крутились вокруг космических сумм, вроде 1250 долларов. Издательство «София» выиграло этот аукцион.
На долгие годы это связало меня с командой Коэльо и его агентом Моникой Антунес. И тут прелесть не в самом авторе, а в том, как работает литературный агент с автором такого масштаба, как управляет всеми правами на все виды интеллектуальной собственности. Я узнала, что такое премьера новинки в один день со всем миром, как контролировать разнообразные события и издания, что такое бесконечные согласования, что такое рекламная кампания, стартующая одновременно везде, что такое принять и согласовать какую-то новую идею, которой еще не было, и что такое видеть, как твоя идея раскатывается на мировой рынок. Это для России редкий опыт.
3. Терри Пратчетт
«Держи марку!», серия «Магия Терри Пратчетта в иллюстрациях Полины Граф»
Самый первый раз я столкнулась с Пратчеттом в «Вагриусе»: у нас был контракт на его малюсенькую книжку про кота8Юмористическая книга «Кот без дураков»., в которой авансом значилась бутылка водки и две банки черной икры. И контракт был подписан рукой — я не знаю, как они делили эту водку, не знаю, как этот аванс был выплачен. Но в 96 году ты и не такое могла увидеть.
Фанатом и читателем этого писателя я стала сильно позже, когда начала работать в литературном агентстве. Мы представляли права на Пратчетта, они тогда управлялись издательством фантастики и хоррора Victor Gollancz9Одно из крупнейших издательств Великобритании в XX веке. Было основано в 1927 году интеллектуалом Виктором Голланцем и специализировалось на выпуске высококачественной литературы, а также научной фантастики. В настоящее время входит в группу Orion Publishing Group в качестве фантастического импринта. — оно до сих пор остается, бренд живет в составе уже большой корпорации. У Пратчетта всегда есть стабильный, постоянный издатель, и команда долгое время не менялась. Саша Жикаренцев10Александр Жикаренцев — редактор, литературный агент, переводчик. Бывший главный редактор издательства «Азбука». очень долго с ним работал — сначала в «Азбуке», потом в «Эксмо». То есть автор остался с командой, с редактором и переводчиком, а не с издательством. Это тоже, кстати, редкий случай, когда команда большого писателя следит за тем, что на территории России происходит с людьми, работающими с этим автором. Безусловно, есть практика, что соблюдается опцион и права остаются за издательством, если оно начало издавать автора и продолжает. На это внимания и концентрации хватает. А вот уже на то, чтобы прислушиваться, кто именно переводит, кто именно делает, не особенно. Но Пратчетт — такой случай. Наверное, это все-таки связано с тем, что и автор очень осознанный был.
В «Эксмо» я получила возможность работать с Пратчеттом как с автором снова. К нам пришла Женя Сафонова11Евгения Сафонова — писатель, руководитель направления NoSugar Books, бывший шеф-редактор отдела фантастики издательства «Эксмо»., она энтузиаст автора, и началась волна переупаковки в иллюстрации Полины Граф12Писательница, художник-иллюстратор.. И было очень приятно наблюдать, как новое дыхание приходит, новая аудитория, как люди продолжают это все читать, наслаждаться — благодаря Жене, благодаря Полине. Это мой любимый автор и как читателя, и как агента, и как издателя. Я на разных этапах побыла в разных ролях и все эти роли обожала.
4. Филип Пулман
«Северное сияние»
Работая в агентстве, ты являешься посредником по продаже прав между зарубежным рынком и Россией, и через твои руки проходит очень много всего. Работа в «Синопсисе» меня столкнула с писателем, про которого можно было сказать, что прямо на твоих глазах создается миф.
Правами на Филипа Пулмана заведовала Наташа, моя коллега. Поскольку мы помогли с первым изданием, происходило очень много перипетий с переводом, и мы погрузились плотнее. Я вынуждена была прочитать первую часть, «Северное сияние», и в какой-то момент поняла: «Только что ты там творил какое-то бюрократическое зло, а вот сейчас читаешь книгу, и она определит в литературе целую веху».
В следующий раз я прикоснулась к Пулману, уже работая в издательстве «АСТ», — вдруг поняла, что куда-то все утекло, не переиздается. Мы выкупили права в «АСТ», и тогда Пулманом занялся молодой и дерзкий Сережа Тишков13Сергей Тишков — директор департамента «Планета детства» издательства «АСТ», бывший руководитель редакции Mainstream.. И очень красиво и качественно начал переиздавать. И до сих пор, насколько я знаю, издает. Радостно, что Пулман до сих пор здесь издается. Он образец спокойного уважительного отношения к тому, что книги — это уже не он сам и с ними может что-то происходить, что нужно вот здесь, на этом языке, на этом рынке.
5. Нил Гейман
«Американские боги»
После ухода из агентства «Синопсис» я вышла на работу в издательство «Астрель», они были частью «АСТ». И первое, за что я там уцепилась, — это знакомое и дорогое моему сердцу имя Нил Гейман. Гейман к тому моменту уже издавался и выходил у Николая Андреевича Науменко14Издатель, редактор, переводчик. Руководитель редакции Neoclassic издательства «АСТ», лауреат множества премий. в знаменитой оранжевой серии «Альтернатива»15Серия, созданная в 2003 году в издательстве «АСТ» для публикации переводной неформатной фантастики, которая не укладывалась в другие серии. Первой изданной книгой были «Американские боги» Н. Геймана., где еще выходил Чак Паланик, Берроуз, Хантер Томпсон. Как будто бы «Коралина» Геймана не очень была там к месту.
Пока я работала в агентстве «Синопсис», одним из самых наших любимых с Наташей клиентов было нью-йоркское агентство Writer’s House16Одно из ведущих литературных агентств США, основанное в 1974 году. Представляет интересы таких известных авторов, как Нора Робертс, Сара Дж. Маас, Кристофер Паолини и других., они контролировали права на Нила Геймана. Это был год, когда вышли «Американские боги», и агентство Writer’s House всегда привозили во Франкфурт какого-то одного своего клиента, в честь которого все устраивали. Тогда была вечеринка в честь Нила Геймана, где я впервые увидела собственно автора. Он спал на банкетке, поскольку был после польского тура в честь выхода «Американских богов» — в дрезину пьяный. Как можно не увлечься таким писателем?
Придя в «АСТ» и увидев, в каком виде это живет, я забрала автора и с другим переводчиком его переиздала. Я своими руками вычистила и отредактировала всю «Коралину», в которой была куча каких-то огрехов и ошибок. У нас была цель сделать Геймана таким же автором бестселлеров, как на многих других рынках. Поэтому мы попросили Андрея Фереза17Художник, создавший обложки к российским изданиям книг Нила Геймана, Джорджа Мартина, Джоан Роулинг, Стивена Кинга и многих других. Также известен под ником «25 картинок»., и он нарисовал обложку «Коралины», совершенно замечательную мышку. Мышка появляется в «Коралине» ровно один раз. Это творческий метод Андрея, он берет одну деталь и выносит ее на обложку. А ты потом всю дорогу, читая, ищешь, что это. Нам позволили это все напечатать в формате увеличенного покета18Покетбук (с англ. «карманная книга») — книга небольшого формата в мягкой обложке, термин также применяется к книгам в мягкой обложке разных форматов., в мягкой обложке. Это для руководства «АСТ» было большим экспериментом. Сейчас все так гордятся тем, что что-то выпускают в мягкой обложке. Мы пробовали уже тогда. Очень жалею, что Гейман отвлекся от своей писательской карьеры и много лет не выходят романы, но думаю, может быть, неприятности последних лет приведут его за стол, и мы наконец увидим что-то новое. Потому что писатель, в общем, может быть пьяным в дрезину, а хорошим человеком быть не обязан.
6. Рут Озеки
«Моя рыба будет жить»
Мы делали эту книгу в издательстве «АСТ» с Ириной Архаровой19Бывший руководитель отдела остросюжетной прозы издательства «Эксмо», бывший руководитель направления жанровой прозы редакции «АСТ. Жанры». как редактором и с Катей Ильиной20Российская переводчица, литературный агент. как переводчиком. Катя, к сожалению, переводит очень мало. Это был один из ее таких первых больших опытов, она сразу за него получила «Ясную Поляну» как переводчик. Это была первая наша работа с Катей Белявской21Екатерина Белявская — художник, дизайнер, иллюстратор множества книг для детей и взрослых, а также нескольких колод метафорических карт., которая делала целую серию обложек для «Шорт-листа»22Серия книг в издательстве «АСТ» — мировые бестселлеры от всемирно известных авторов, лауреатов международных книжных премий. Иры Архаровой. Она невероятно интересный художник, такой плотный. Я всегда говорила: «Одну твою картинку можно распилить на 10 обложек». Например, у нее была японско-русская серия, очень остроумная и забавная, и мы оттуда использовали фрагмент для «Осьминога» уже в «Эксмо», для Анаит Григорян. Тут Катя сделала именно обложки, то есть этих иллюстраций не существовало, — специально, разной техникой, очень интересно.
Мы тогда так выпустили Арундати Рой, «Клуб радости и удачи» Эми Тан, «Измеряя мир» Дэниэля Кельмана в Катиных обложках. Рут Озеки была первой. Когда Рут вручали премию «Ясная Поляна», она приезжала в Россию. И мы бесконечно всё восторгались, восторгались. А Рут буддист, и она очень снисходительно, спокойно и как-то выдержанно принимала наши восторги. Забавным эпизодом было, что нам с Катей Ильиной некуда было девать детей в этот момент, и дети ходили с нами. Хорошо запомнилась мне вечеринка, где мы угощаем Рут водкой в «Маяковском», тогда еще был такой клуб московской богемы. Катя, моя дочь, ее тоже запомнила, потому что та между селедкой и водкой умудрялась оказывать внимание ребенку, очень человеческое. И не ругалась на нас с Катей за то, что мы таскаем за собой этих «бессмысленных» детей.
7. Арундати Рой
«Министерство наивысшего счастья»
Впервые я, конечно, столкнулась с Арундати Рой как читатель, прочитав изданного «Амфорой» «Бога мелочей» — такой больной роман, и такой нужный тоже. У нее есть еще один роман, «Министерство наивысшего счастья». Вот его уже издавали мы — тоже с Ириной Архаровой, мы выцепили права, много над ним работали. У меня было счастье повидаться с Арундати Рой — в Лондоне, на вечере, специально в честь нее устроенном. Я не любитель поговорить со своими кумирами, никогда не знаю, что сказать, и так понятно, что ее книги произвели большое впечатление. Это понятно, потому что она лауреат премии, всемирно известная писательница, всемирно известная активистка. Кажется, что комплименты уже лишние.
Но я берегу один артефакт — нам тогда на этом вечере раздали еще не изданные гранки23Изначально пробный оттиск напечатанного материала на длинных листах бумаги, еще не разделенный на отдельные страницы. В издательском деле — текст книги, подготовленный для предварительного чтения. романа, невероятно красиво сделанную ридинг-копию24Также известная как ARC, advance reading copy (копия для предварительного ознакомления), — прототип книги, которую издатель обычно распространяет до официальной даты публикации для получения рецензий и рекламы., такой артефакт с тиснением. И ты открываешь первую страницу, а там написано: «Строго запрещено». Нельзя никому давать, нельзя никому рассказывать — это только издателям для работы с текстом. Понятно, что там под какими-то паролями был выслан файл, а вот для того, чтобы сделать подарок, нам дали эту красоту. И таким образом мы были одними из первых читателей. Я крайне редко беру автографы, но тут невозможно было не взять, потому что в жизни такого второго случая не произойдет. Мой папа, как специалист по Востоку, вычитывал эту рукопись на предмет правильных имен. Он его весь прочел и никак не комментировал, но было видно, что для него это большая душевная работа. Это к тому, что воздействовать на человека можно в любом виде, в любом возрасте и в любом состоянии.
8. Ольга Токарчук
«Книги Якова»
Пока я работала в издательстве «АСТ» — с 2012 до 2017 г., — я все время уговаривала Колю Кудрявцева25Николай Кудрявцев — переводчик, шеф-редактор направления переводной литературы издательства «Астрель-СПб», бывший ведущий редактор зарубежной фантастики издательства «АСТ»., нашего редактора фантастики, издать Ольгу Токарчук. А он мне все время отвечал, что не знает, куда ее приткнуть. В итоге издательство «НЛО» ее купило и издало несколько книг, но для широкого рынка это прошло незамеченным. И тут я со своей мыслью, что все-таки хочу издавать Ольгу Токарчук, прихожу на работу в «Эксмо» в 2017 году и на выставке в Лондоне, уже в 2018-м, первым делом несусь к столику ее агентов (Токарчук перешла от моей подруги Джоанны, своего польского издателя, в агентство Rogers, Coleridge & White26RCW — ведущее британское литературное агентство, основанное в Лондоне в 1967 году и представляющее таких авторов, как Кадзуо Исигуро, Иэн Макьюэн, Джоан Харрис и других.). Плюхаюсь на стул и говорю: «Я покупаю Токарчук, прямо сейчас». Мы были с тогдашней моей руководительницей Александрой Шипетиной27Директор редакции художественной литературы издательства «Эксмо». на этой встрече. Александра очень хотела купить Сент-Обина28Эдвард Сент-Обин — английский писатель, известный благодаря серии романов о Патрике Мелроузе. В 2018 году на их основе вышла экранизация с Бенедиктом Камбербэтчем в главной роли., у нас по нему шел аукцион. Мы торговались-торговались, посмеялись, разошлись. И я, уже уходя, говорю: «Я вам сливаю Сент-Обина, забирайте. Я хочу Токарчук, вот эту, пожалуйста, не отдавайте». Но времена, когда сделки случались прямо за столом, все-таки прошли. К тому времени мы уже вернулись, сделали все, как положено, заслали офферы29Оффер — коммерческое предложение от издателей о покупке прав на определенную книгу, где четко прописаны условия (сумма, обязательства, роялти). формальные, и коллеги мне Токарчук отдали. Разом всю, такая пакетная сделка была на все, что доступно было на тот момент. И я ужасно этим горжусь.
Прямо до сих пор счастлива, что ее книги стали выходить в более коммерческом издательстве, автоматически встав на более «широкую» полку. О них больше людей узнали, и, конечно, было потрясающе, что в тот же год Ольга получила Международного Букера30Международная Букеровская премия — литературная премия, учрежденная в 2004 году в дополнение к Букеровской премии для награждения лучших авторов художественной литературы, переведенной на английский язык и изданной в Великобритании или Ирландии., а потом получила и Нобелевскую премию в 2019 г., абсолютно заслуженно. Это уже когда мы готовили «Книги Якова» — невероятно красивое издание, один из первых запечатанных обрезов в первой редакции «Эксмо». Тогда, в 2022 году, только-только все разворачивалось с технологиями обрезов. И она большого формата, так сделана, чтобы у вас дома лежал целый том.
Я помню, что еще был затык с внутренними иллюстрациями, которые нам никто никак не мог передать в нормальном качестве. Частично это какие-то дурные фотографии старинных текстов — там был долгий процесс даже не с очисткой прав, а именно с самими файлами, чтобы сделать их приемлемыми для печати, черно-белыми в книге. Подготовка заняла время, как и перевод. Книга очень объемная, в ней больше 50 авторских листов. Так что это все уже руками редакции Алины Зальновой31Директор по развитию бизнеса «WB Книги», бывший руководитель направлений интеллектуальной и молодежной прозы издательства «Эксмо». делалось, в первой редакции «Эксмо».
9. Эмили Сент-Джон Мандел
«Станция Одиннадцать»
Это моя любимица, но ее имя у меня, к сожалению, стоит в списке издательских неудач. Потому что хочется, чтобы Мандел читал каждый — прямо не разрешать выходить из комнаты без прочитанной «Станции Одиннадцать». Но у нас не получилось сделать ее здесь популярной, сообразно ее ценности. Мне кажется, что в ней есть все, чтобы зачитывались люди, но почему-то она не пробивается на этом рынке. «Станция Одиннадцать» выходила сначала в Фантастике32Отдел фантастики издательства «Эксмо»., и первое издание с каким-то стоковым изображением автобуса само по себе, конечно, артефакт. Тот случай, когда ты говоришь себе «сделай как можно хуже» и делаешь блестяще. Потом мы переиздавали «Станцию Одиннадцать» с постером на обложке, переиздавали так и сяк в ее оригинальных обложках. Переиздания есть, но такого влияния, которое хотелось бы, чтобы она оказала на массы, нет. И для меня это загадка.
Мне кажется, что и «Станция Одиннадцать», и «Море спокойствия» легко могли бы стать бестселлерами. Это очень молодое, очень классное чтение. Мандел делает невероятно красивые конструкции из своих книг. И когда ты много читаешь, ты от этой работы с языком и композицией получаешь какое-то эстетическое удовольствие. Наблюдать за этим прекрасно. Сейчас она закончила новый роман. Я не знаю, выйдет ли он по-русски, не знаю, будут ли с ним работать коллеги. Но очень надеюсь на это как читатель.
10. Лия Арден
«Невеста Ноября»
Когда ты в позиции главного редактора — а в «Эксмо» я работала в этой позиции, — как будто сам ничего не делаешь, но при этом ты причастен. Где эта граница, которую можно с чистой совестью провести и сказать: «Вот это я, а вот это просто было при мне»? Лия Арден была при мне. Пусть Кира33Кира Фролова — заместитель руководителя «Миф.Культура», бывший шеф-редактор фантастического импринта «Черным-бело». поправит нас, если навру. Честно говоря, даже не в редакции родилось понимание, что с «Марой и Мороком» что-то происходит. Родилось оно в дистрибуции. К нам прибежали какие-то люди и сказали: «У вас там че-то продается, а мы не поймем че». И с этого дело пошло. Почему так продается «Мара и Морок»? Потому что это очень универсальная история. В ней есть одновременно налет чего-то родного и абсолютная отключенность от реалий, что тебе позволяет глубже верить. Ну и Влада — потрясающий рассказчик.
Но мой забавный эпизод с ней как издателя связан с книгой «Невеста Ноября». На русском рынке превалирует скорость как задача — нужно скорее вернуть деньги, отбить их. И мы продаем то, что продается, — а это иногда порождает смешные казусы. «Невесту Ноября» мы страшно хотели издать в ноябре, чтобы была правильная созвучность, — но ноябрь у нас с первым изданием превратился то ли в февраль, то ли в март. И пока мы все это готовили, у меня родилась идея — сделать лимитированные издания. То есть каждый год, если книга начнет продаваться, готовить другие иллюстрации. Уже на входе у Киры был выбор из нескольких прекрасных художниц. Само собой напрашивалось решение раз в год делать свою «Невесту Ноября» и ограничивать ее: менять и обложку, и внутренние иллюстрации.
Мне радостно наблюдать, что каждый год появляется новая «Невеста» и они все краше и краше — уже три или четыре издания есть на рынке. Прикольно, что идея сработала. Что в ней не сработало — это уже совершеннейшая характеристика нашего рынка. «Если продается, нельзя не продавать». Издательство не выдержало идею лимитированности. В моей голове «Невеста» должна была «длиться» один год и потом становиться библиографической редкостью, навсегда оставаться коллекционной, а на ее место должна была приходить другая. Мне казалось, идея прямо завлекательная, что формируется вторичный рынок, коллекция. Единственный вход в единственный момент, возможность выбрать свое, рискнуть и дождаться следующего года. Это игра в настоящем. Вообще, вокруг Лии Арден формируется очень красивая, полновесная индустрия. Есть и лимитки, и графические адаптации. Будем надеяться, будет экранизация. И куча всякой аппарели34Мерч, одежда, украшения (от англ. apparel — «наряд»). производится, можно украшать себя героями ее книг бесконечно. В эту игру очень приятно играть, и когда это происходит у тебя на кончиках пальцев, ты в этом участвуешь, это невероятно увлекательно.
Коммерческий успех Лии Арден заставил присмотреться, поверить в аудиторию. Безусловно, что с ней и с первыми авторами Киры — Ульяной Черкасовой, Настей Гор — запустилось на рынке другое отношение к русскому фэнтези, к русскому девчачьему фэнтези. Сегодня об этом говорят как о широком тренде, а началось это совсем не так давно и, в определенной мере, было рисково. И когда сейчас при мне кто-то говорит, что молодежь не читает, мне хочется прям вот эту «Невесту Ноября» с полки снять и прям по башке стукнуть. Потому что, конечно, читают очень много — и того, что им хочется.
На мой взгляд, все, что состоит из букв, подлежит прочтению.
на наш телеграм-канал